March 2nd, 2006

garfield

Сон морозной весной

Звонят в дверь, назойливо. А я, почему-то на старой квартире, в Маннхайме. Стою за воротами и смотрю в глазок (!).
И то, что вижу мне не нравится. Потому говорю, что я - это не я, и меня нет дома.
Но выходить надо, и ехать на работу тоже (хотя и сидит смутное беспокойство - а на чем именно?)
Открываю - стоит за воротами, заблокировав мой злосчастный выезд, обычный совково-милицейский "бобик". Выкрашеный, правда, честно в полицейские коричнево-зеленые цвета. В нем сидит какой-то высокий милицейский чин (опять же, в старой совковой форме), с папкой в руке, а возле него - какая-то женщина в очках и тоже с папкой.
"В чем дело?" - спрашиваю.
Мужик непонятного звания начинает мне на дичайшем немецком с жутким акцентом втирать что-то про мою машину.
Я, естественно, возмущаюсь. "О какой именно машине идет речь?"
он опять продолжает нести что-то невнятное.
"Ок, номер! покажите документы с номером моей машины!"
Он открывает папку, и показывает мне стандартные немецкий формуляры штрафа на превышение скорости. вот только все надписи формуляра, равно как и сделанные шариковой ручкой записи от руки, сделаны в нем на.. японском! В глазах рябит от иероглифов, а в голове четкая ассоциация с инструкцией для японского телевизора.
Меня начинает пробирать хохот, я им посылаю матом уже по-русски, кидаю в физио папку, и захлопываю дверь.
Потом меня внезапно озаряет (как же я сразу не догадался!) и подхожу к припаркованной рядом машине с нетипичными для местности тонированными стеклами. Стучу в окно и открываю дверь. За ней покатываются со смеху парень с камерой на плече, и девушка с микрофонм, на который одет "кубик" с эмблемой местного телеканала.
Проснулся в хорошем настроении.