January 11th, 2006

fun

Рассуждения об IT индустрии

Начнем из далека. “software development “ шибко молодая индустрия. И шибко прыгучая. Полно неграмотного и неквалифицированного народа. Вы когда нибудь видели чтобы электрик унитазы чинил, а архитектор собственноручно клал кирпичи, а маляр расчитывал конструкции?
- Ты хто такой будешь?
- Ну, я это, код могу писать...
- А ты, енту, как ее тудыть в коромысло, будь она не ладна, жаву, кумекаешь?
- Ну я, это тут маленько сервлетками баловался...
- Вот и славно, стало быть буишь у нас за главного едрить архитекта. Буишь жейтуи (J2EE) рассекать, крутую дезайну делать и ваще...
- Да я это, токмо, код
- Да ты не ссы, пацан, не боги горшки обжигают...

* * *

Индусы в деле

А причем тут индусы, спросит наивный читатель. Причем, ой как причем. Индусы заполняют software industry как тараканы. Обладают «запахом и вкусом» которые создают специфическую атмосферу, поэтому нельзя не коснутся этой животрепещущей темы. Введем несколько ключевых понятий. Одно из основных это индокритическая масса. Индокритическая масса возникает при наличии хотя бы одного индуса менежера и пары-тройки индусов программистов. Следующее понятие это – индоцепная реакция. Индоцепная реакция возникает спонтанно при наличии индокритической массы. Приводит к бурному и неконтролируему увеличению индокритической массы. Оновной функцией индокритической массы является политическая деятельность, программирование это побочный продукт. День прошедший без политической интриги считается полностью пропавшим. Элементы индокритическая массы обмениваются информацией с околосветовой скоростью и обладают невероятной говнистостью. Мозг индуса программиста так хорошо натренирован на многоходовых политичеких итригах, что программирование дается ему играючи. Задачей любого программиста не индуса является не допущение индокритической массы.

* * *

Немного про китайцев

По сравнению с индусом китаец практически безвреден. Китайский программист это такая большая, раскосая, офигительно усидчивая жопа. Ежели материализовать все то время которое китаец тратит на написание кода в дрова и поджечь, то от кода останется одна большая дыра. Китаец никогда не переписывает, китаец трудолюбиво шьет заплатки, при достаточной длительности проекта слойность заплаток достигает бесконечности, но при этом, как это не парадоксально, перед вами все равно первоначальный код. При наличии некоего количества китайцев на проекте необходимо покидать здание на время ланча. Подогреваемая пища может убить неподготовленного фантастическим ароматом.

* * *

Русская братва

Ну что, уважаемый читатель, щас буишь про себя читать. Не боись, надо же и когда нибудь правду узнать про себя. Русский программист (в основном еврей) хотя последние лет пять–семь и коренных русачков можно повстречать, делится на две категории - на программистов и програмахеров. Я надеюсь не надо обьяснять, что такое програмахер. Интересно, что частенько програмахеры эволюционируют в программистов. Во времена «золотой лихорадки» практически все превратились в програмахеров. Суровые годы лопнувшего экономического пузыря приостановили процесс тотальной програмахеризации. И тем кому не удалось эволюционировать в программистов пришлось туго.

Каковы же отличительные черты русского программиста? Русский программист никогда не чинит чужого, бессмысленного, обьектно не ориентированного, спагетти кода.


- Че, не работает?
- Ща мы енто дерьмо выкинем и мухой напишем наш родной, мудрый, обьектно ориентированный, офигительный код
- Усе, готово
- А протестировать...
- Че, тестировать!? У нас код работает правильно и всегда!
Русский программист немедленно сносит всю операционку и ставит свою. Пользуется только “cracked software” и “open source”. Скорость генерации кода приближается к световой. При наличии трех четырех русских программистов на проекте характерен туннельный эфект самопроизвольного возникновения кода. Русский программист говорит по русски, даже с представителями других национальностей. Предпочитает использовать русские матерные выражения для сообщений об ошибках. При подходе менежера кладет ноги на стол и продолжает говорить по телефону.


остальное тут: http://www.gazeta.ru/techzone/2005/12/28_e_508171.shtml
monk

Про ежика

Автор не установлен
http://kurilka.citforum.ru/data/misc/stories/ezj_politika.html

Бывшая жена звонит из Берлина. Хихикает в трубку: – Прикол хочешь? Короче, слушай. Иду, значит, шоппингую, смотрю: на обочине ежик лежит. Не клубочком, а навзничь, лапками кверху. И мордочка вся в кровище: машиной, наверное, сбило. Тут в пригородах кого только не давят! Ежи, лисы, змеи, иногда даже косули попадаются. Мне чего-то жалко его стало: завернула в газету, принесла домой (это точно, жалостливая: всех голубит, особенно мужиков бесхозных. – Авт.). Звоню Гельмуту (новый немецкий муж), спрашиваю, что делать? Он мне: отнеси в больницу, там ветеринарное отделение есть. Ладно, несу. Зашла в кабинет. Встречает какой-то Айболит перекачанный: за два метра ростом, из халата две простыни сшить можно.

– Вас ист лось? – спрашивает. Вот уж, думаю, точно: лось. И прикинь: забыла, как по-немецки еж. Потом уже в словаре посмотрела: igel. Представляешь, иголка! Ну, сую ему бедолагу: мол, такое шайсе приключилось, кранкен животина, лечи, давай. Назвался лосем – люби ежиков…

Прибрось, так он по жизни Айболит оказался: рожа перекосилась, чуть не плачет.

– Бедауэрнсверт, – причитает, – тир!

Бедняжка, стало быть. Тампонами протер, чуть ли не облизал и укол засандалил. Блин, думаю, мало ежику своих иголок. И понес в операционную. Подождите, говорит, около часа.

Ну, уходить как-то стремно, жду. Часа через полтора выползает этот лось. Табло скорбное, как будто у меня тут родственник загибается. И вещает: мол, как хорошо, что вы вовремя принесли бедное существо. Травма-де, очень тяжелая: жить будет, но инвалидом останется. Сейчас, либе фройляйн, его забирать и даже навещать нельзя: ломняк после наркоза.

Я от такой заботы тихо охреневаю. А тут начинается полный ам энде. Айболит продолжает:

– Пару дней пациенту (nota bene: ежику!) придется полежать в отделении реанимации (для ежиков!!!), а потом сможете его забирать.

У меня, наверное, на лице было написано: "На хрена мне дома ежик-инвалид?!" Он спохватывается:

– Но, может быть, это для вас обременительно и чересчур ответственно (е-мое!!!). Тогда вы можете оформить животное в приют (блин!!). Если же все-таки вы решите приютить его, понадобятся некоторые формальности.

Понимаю, что ржать нельзя: немец грустный, как на похоронах фюрера. Гашу лыбу и спрашиваю:

– Какие формальности?

– Договор об опеке (над ежиком, елки-палки!!!), – отвечает, – а также характеристику из магистрата.

Я уже еле сдерживаюсь, чтобы не закатиться:

– Характеристику на животное? – спрашиваю.

Этот зоофил на полном серьезе отвечает:

– Нет, характеристика в отношении вашей семьи, фройляйн. В документе должны содержаться сведения о том, не обвинялись ли вы или члены вашей семье в насилии над животными (изо всех сил гоню из головы образ Гельмута, грубо сожительствующего с ежиком!!!). Кроме того, магистрат должен подтвердить, имеете ли вы материальные и жилищные условия, достаточные для опеки над животным (не слишком ли мы бедны для ежика). У меня, блин, еще сил хватило сказать: мол, я посоветуюсь с близкими, прежде чем пойти на такой ответственный шаг, как усыновление ежика. И спрашиваю:

– Сколько я должна за операцию?

Ответ меня додавил.

– О, нет, – говорит, – вы ничего не должны. У нас действует федеральная программа по спасению животных, пострадавших от людей.

И дальше зацени:

– Наоборот, вы получите премию в сумме ста евро за своевременное обращение к нам. Вам отправят деньги почтовым переводом (восемь, девять аут!!!). Мы благодарны за вашу доброту. Данке шен, фройляйн, ауфвидерзеен!

В общем, домой шла в полном угаре, смеяться уже сил не было. А потом чего-то грустно стало: вспомнила нашу больничку, когда тетка лежала после инфаркта. Как куски таскала три раза в день, белье, посуду. Умоляла, чтобы осмотрели и хоть зеленкой помазали. В итоге родилась такая максима: "Лучше быть ежиком в Германии, чем человеком – в России"...

…Вот где за державу-то обидно, камрады...